18+
L_Effet de Serge-ARM071105-13© Argyroglo

Эффект Сержа

КОГДА:
3 и 4 декабря в 20.00

[tab name=”Спектакль”]«Всю жизнь одни и те же глупости», – писал Беккет в «Конце игры». В представлении флегматичного персонажа «Эффекта Сержа» серость будней – идеальный материал для творчества. Микро перформансы Сержа проходят у него дома в присутствии горстки друзей и длятся от одной до трех минут. Оружием для борьбы с рутиной становится абсурд. С помощью радиоуправляемых игрушек, бенгальских огней, лазеров и мигающих фар Серж вдыхает жизнь в самодельный мирок, разыгрывая в нем волшебное зрелище, где все то, что ничтожно и незаметно, на мгновение становится ярким и эффектным. Псевдо моноспектакль французской труппы «Вивариум Студио» ненавязчиво расшатывает театральные устои, перемежая реальность с выдумкой и смешивая уровни присутствия, исследует природу представления, бросая лишенный цинизма взгляд на человека с его потребностью в другом и с его поэтическими механизмами, позволяющими возвышаться над буднями, которые бывают порой до ужаса бессмысленными.

Из программы фестиваля «ТрансАмерика» (Монреаль, 2010 год)

Театр-лаборатория

Труппа основана в 2003 году выпускником парижской Школы прикладных искусств Филиппом Кеном, имевшим в тот момент за плечами несколько лет работы в театральных, оперных и художественных проектах. Название «Вивариум Студио» прекрасно отражает миссию коллектива, защищающего жизнь и изучающего повадки странного общественного животного под названием «человек». Костяк труппы составляют семеро единомышленников: пятеро мужчин, одна женщина и одна собака.

Признание приходит мгновенно. Где бы ни гастролировали «Вивариум Студио» (во Франции, Германии, Финляндии, США, Бразилии…), их лабораторные эксперименты везде встречают восторженный отклик. Все спектакли, создающиеся под художественным руководством Филиппа Кена, представляют собой эдакие гибридные сценические самоделки. Сложно сказать, где заканчивается театр и начинается перформанс. Существующие в этих фантастических пространствах актеры играют в живые картины, размывают контуры своих персонажей или, как в спектакле «С натуры» (2006), симулируют создаваемый перформанс, где обыденность раскрывается во всей своей тревожной причудливости.

Все спектакли Кена и его труппы – от пестрого «Зуда в крыльях», рассказывающего о желании летать и страхе перед падением, до экологической притчи «С натуры», разворачивающейся в футуристическом террариуме, и «Эффекта Сержа» – это портреты человечества, нарисованные тонкими, осторожными мазками. Одни полутона и никакой героизации: персонажи Кена раскрывают себя в умении поэтизировать будни и ценить простые радости человеческого общения. Театр «Вивариум Студио» – это театр, воспевающий человека и его творческое начало, проявляющееся, в том числе, и в бесстрашных формальных экспериментах, которые труппа осуществляет во всех своих работах.

Неопределенность

В «Эффекте Сержа» сцену заполняют будничные предметы: телевизор, теннисный стол, книги, упаковки чипсов, бутылки… Их не приукрашенная заурядность контрастирует с фантасмагоричностью «квартиры» Сержа, представляющей собой вытянутый бетонный прямоугольник с неестественно сиреневым ковролином и панорамным окном,в которое виден словно парящий в невесомости сад с подозрительно буйной растительностью.

Это колебание между уровнями реальности,присущее всем измерениям спектакля, выводит зрителя из состояния равновесия, вызывая неловкое, но приятное ощущение, связанное со смещением правды, вымысла и всего того, что между ними. Миниатюрные перформансы Сержа с такими прозаическими названиями, как «Световой эффект на музыку Вагнера» или «Лазерный эффект на музыку Джона Кейджа», безусловно, относятся к епархии искусственного, однако другие элементы спектакля воспринимаются как вторжение реальности. Машина, с грохотом выкатывающаяся на сцену, неожиданное появление собаки, запах только что доставленной пиццы – здесь уже нет представления, а есть лишь чистое или, по крайней мере, «расширенное» присутствие. В актерской игре тоже царит полная неопределенность. Гаэтан Вурксначала играет самого себя, потом начинает чередовать местоимения «он» и «я» и сливаться со своим персонажем, сохраняя при этом свою фирменную безмятежность и чуть небрежное обаяние.

Долой правила!

Филипп Кен и его товарищи получают явное удовольствие от выворачивания театральных догм наизнанку. Их основной метод – вычитание. Заурядность обстановки и скудость материи должны, казалось бы, вывести актерскую составляющую на первый план, но этого не происходит. Крошечные перформансы Сержа не таят в себе особенного смысла, да и в целом «Эффект Сержа» существует вне драматических законов: конфликта нет и в помине, сюжет едва просматривается, диалоги нарочито бессодержательны.

Примеров игнорирования театральных стандартов можно найти великое множество: в звуковой дорожке сохранены дефекты, повествование не только не пытается сгладить наличие театральных уловок, но иногда даже и подчеркивает их, действие пьесы регулярно провисает,а несколько раз в него врываются не то случайные, не то спланированные помехи. Охватив диапазон от реальности до полной сфабрикованности, спектакль предлагает взглянуть на прозу жизни под непривычным углом зрения, увидеть несколько граней пустоты современного мира и по-доброму посмеяться над бессмысленностью критического дискурса («Весьма концептуально!», «Нет ничего невозможного!») и однообразием будней. Что же остается от театра, подвергшегося такому очищению? Прославление творческого начала, вопреки, а может быть, именно благодаря его бесполезности, и нехитрая, но совершенно необходимая радость, которую испытываешь от взгляда другого человека и от взаимной дружбы.

Автор концепции, сценограф и постановщик – Филипп Кен

В спектакле участвуют: Гаэтан Вурк, Изабель Анготти, Родольф Оте, а также… местные гости

Музыка: Андре Превин, Джиллиан Хиллз, Хау Гелб, Софи Лорен, Рихард Вагнер, Джон Кейдж, «ThePatrioticSunday», «Sparklehorse», «Colleen», Антуан Дюамель, Вилли Девиль, Арнольд Голанд, Вик Чеснатт,«LedZeppelin», Хосе Фелисиано

Продукция – «ВивариумСтудио» (VivariumStudio)

Копродукция – «Менажри де Вер» (MénageriedeVerre, Париж) в рамках программы творческих резиденций

При поддержке культурного центра «Форум» (Ле-Блан-Мениль), получающего поддержку Министерства культуры, и фестиваля «АктОрал» (Марсель)

«ВивариумСтудио» получает поддержку Регионального управления по делам культуры Иль-де-Франс (Министерство культуры) и Регионального совета Иль-де-Франс

Продолжительность спектакля – 75 минут (без антракта)

Премьера спектакля состоялась в ноябре 2007 года в «Менажри де Вер» (Париж)

[/tab]

[tab name=”ВИВАРИУМ СТУДИО“]ТЕАТР «ВИВАРИУМ СТУДИО»

Почему нам не по себе, когда мы видим актера, который шагает по подмосткам с таким видом, как будто он у себя дома? Почему мы завороженно наблюдаем за бегающей по сцене собакой? Почему мы испытываем тревожное чувство, когда не слышим голосов говорящих актеров – как будто кто-то выключил звук? Почему нас бросает в дрожь от вида миниатюрного леса, выстроенного на сцене? Почему мы воспринимаем появление машины на подмостках как нарушение пространственных законов? Выборочного перечисления драматических элементов, встречающихся в спектаклях Филиппа Кена и его «ВивариумСтудио», достаточно, чтобы представить себе характер сценической работы, которая посредством механического поиска проделывается в этом театре-лаборатории, модифицируя законы жанра и создавая вселенную с расплывчатыми очертаниями, в которой сосуществуют звуки и слова, иллюзорное и материальное, дым и свет, одиночество и коллектив.

В «Вивариум Студио» все прекрасно организовано и отточено, и логическое мышление всегда находится на службе у бурной фантазии. Именно на контрасте между клубком бесформенных мыслей и четко структурированным разумом, способным как конкретно, так и на уровне ощущений передавать причинно-следственные связи, и держится мощь этого театра, берущего зрителя и переносящего его в совершенно иной мир, где тот, словно пациент, проснувшийся после наркоза, уже может следить за событиями, но еще не в состоянии объяснить происходящее. Сразу же оговоримся, что ни один из спектаклей Кена не дает зрителю ответов на вопросы: ни рассказ о желании летать («Зуд в крыльях»), ни странноватое подобие onemanshow(«Эффект Сержа»), ни лесная история («С натуры»), напоминающая о компании экологов с гринписовского корабля… Зато все они позволяют несколькими нехитрыми действиями, то есть просто-напросто применив не по назначению окружающие нас предметы, вдохнуть жизнь в иной, параллельный, мир – и это, пожалуй, самый оптимистичный аспект творчества Филиппа Кена.

Мир Сержа, создающего свои «эффекты», мало чем отличается от сказочного мира ребенка, который отправляется на поиски приключений, не выходя из квартиры и вооружившись машинными фарами, картонными коробками, тремя мерцающими волшебными свечками, обрывками музыки… Но на самом деле все это – сигналы бедствия, долетающие до нас сквозь грохот волн.

Больше всего в театре Филиппа Кена нас впечатляет то, что все в нем стройно и связно, что он, так сказать, «крепко стоит на ногах». И, в отличие от тех, которые едва стоят на ногах, он играет на стороне жизни. В этом его оригинальность, его сила, его энергия. Все устроено так, чтобы подчеркивать неудачи и несовершенства, поэтому, когда стихает смех и исчезает улыбка изумления, появляются вопросы и появляется ощущение тревоги. Мы удивлены, и это нормально, потому что в театре мы привыкли иметь дело с мертвой материей – а иначе мы бы не стали говорить о том, что хотим очутиться «в шкуре» того или иного персонажа. Спектакли, срок действия которых заканчивается ровно тогда, когда заканчивается представление, совершенно безопасны. Но у Филиппа Кена все по-другому: он воздействует на наше зрение, усиливая реализм сценического существования актеров, животных, растений, и приводит нас в глубокое замешательство. Нам начинает повсюду мерещиться копошение живого, и от этого на душе становится неспокойно. Актеры вырываются за пределы мертвой сцены. Они обживают пространство с равнодушием и сосредоточенностью существ, находящихся в своей привычной среде. Они похожи на инопланетян, на призраков: мы как будто наблюдаем за тем, как они живут у себя в пещере, и их естественная манера быть кажется нам чудовищно странной.

И не только странной, но и тревожной (вот мы и вернулись к теме тревоги), потому что театр Филиппа Кена, несмотря непринужденность, с которой он течет вперед, в первую очередь говорит о проблемах, связанных с устройством нашего общества, и о нашей способности оставаться людьми. В дополнение к перечисленным выше спектаклям Кена стоит упомянуть о его первой театральной «эскизе» по мотивам «Жизни термитов» М. Метерлинка. Термитов нельзя назвать безобидными насекомыми: они способны сравнять с землей целый дом, и их совершенная организация труда наводит на разные мысли. Природа не наградила их зрением, поэтому они живут в мире тьмы, однако это нисколько не влияет на их разрушительную силу.

В спектакле «С натуры» актеры Филиппа Кена несколько раз инсценируют картину П. Брейгеля «Притча о слепых». В основе этой картины – слова Иисуса, обращенные фарисеям: «Если слепой ведет слепого, то оба они упадут в яму». На картине П. Брейгеляшестеро слепыхдвигаются к яме, держа друг друга за плечи. Первый слепой уже упал в яму, остальные вот-вот последуют за ним. Их головы подняты к небу: они словно взывают Бога о помощи. Имитируя брейгелевских слепцов и создавая на сцене своего рода человеческий виварий, Филипп Кен с тонким драматическим расчетом задает нам этот же вопрос: «Что с нами станет, если мы будем на ощупь следовать за проводником-калекой?»

«ВИВАРИУМ СТУДИО» /ФИЛИПП КЕН

В 2003 году я основал ассоциацию «Вивариум Студио», потому что мне хотелось иметь возможность придумывать и ставить собственные спектакли. В моем понимании театр был искусством монтажа, искусством объединения разнородных элементов. Свой первый спектакль «Зуд в крыльях» я сделал с командой, в которой были актеры, художники, танцовщик-музыкант, помощник кинорежиссера и собака. Набравшись опыта, мы решили продолжить эксперимент. И вот уже десять лет мы экспериментируем в одном и том же составе,эпизодически привлекая французских и иностранныхгостей и статистов, обогащающих своим участием наши постановки.

Я всегда ищу для исследуемой темы адекватную манеру повествования. Так я работал над своей первой пьесой, так я работаю и по сей день. Темой может быть мечта о полете и падение («Зуд в крыльях»),растерянность передбудущим (серия «Опыты»),опасности, угрожающие окружающей среде, и наша неспособность сопротивляться им («С натуры»),творческая и созидательная сила человека («Эффект Сержа», «Меланхолия драконов», «Большой взрыв»). Я исхожу из того, что основанный на пьесах театр существует, что роль его крайне велика, но что, кроме него, есть и другие способы говорить о мире, в котором мы живем. Создавая свои спектакли, я разрабатываю современную драматургию,соответствующую волнующим нас проблемам. Ксвоим сюжетам я обычно подхожу с легкой иронией, а разнообразные тексты, которые я использую (интервью, статьи, стихи, песни, списки слов), сочетаясь с другими элементами театрального действия (телом, звуком, светом, видеорядом), способствуют повествовательной целостности сцены.

Такой подход к сценическому творчеству основан на осознании тесной взаимосвязи сценографии,игрового пространства и существующих внутри этого пространства тел. Мои сценические структуры – это в равной степени декорации,мастерские и своего рода виварии, в которых изучаются человеческие микрокосмы. Источники влияния крайне разнообразны: это литература, гуманитарные науки, изобразительное искусство, кино, комиксы и т.д. В некоторых проектах я использую свидетельства, интервью и другиематериалы, позаимствованные у «реальной жизни». Исходная идея становится отправной точкой для серии экспериментов, которые ставятся как в процессе создания спектакля, так и во время самого представления, что позволяет поддерживать размытость границ между настоящим/ненастоящим, реальностью/выдумкой, иллюзией/правдой. Эдакое колебание жизни…

Все эти десять лет я работаю с одной и той же командой. К счастью, мы имеем возможность регулярно играть для зрителей. Это относится также к короткому формату и к перформансам. Мне повезло, потому что с самого начала я активно гастролировал по Франции и сталкивался с самой разной публикой. Мы выступали в национальных театральных центрах, на национальных сценах, на фестивалях, в культурных и социальных центрах, в домах отдыха, в районных центрах досуга, на частных квартирах и т.д. Кроме того, некоторые из наших проектов специально задумывались для городских пространств, парков, лесов и т.д. Через какое-то время нас стали приглашать зарубежные фестивали и театры. Мы выступали в США, Бразилии, Германии, Швейцарии, Польше, Латвии… Международное сотрудничество продолжается и расширяется, и наши последние постановки «Эффект Сержа», «Меланхолия драконов» и «Большой взрыв» уже побывали во многих странах.

Филипп Кен

[/tab]
[tab name=”Фото”]

[/tab]

[end_tabset]

БИЛЕТЫ

Пресса о спектакле:

Серж живет в коттедже, где он с помощью подручных средств создает одноминутные спектакли со спецэффектами и каждое воскресенье разыгрывает их перед своими друзьями. Подход Филиппа Кена к театральному действию, мягко говоря, минималистичен: в спектакле мало актерских эффектов, мало техники, мало слов, а гипсокартонные перегородки, стеклянная стена с видом на сад, кусок ковролина, телевизор, музыкальный центр и теннисный стол и вовсе перекочевали сюда из предыдущих работ режиссера («Зуд в крыльях», «Опыты», «С натуры»).

На сцене мы видим преданных соратников Кена, его «моделей» (в брессоновском понимании этого слова), среди которых на этот раз солирует ГаэтанВурк в роли Сержа. Вурк появляется на сцене в костюме космонавта и рассказывает зрителям о протоколе, которому следуют представления «ВивариумСтудио»: «У нас принято начинать новый спектакль с того места, где мы закончили предыдущий. В прошлом году я играл в спектакле «С натуры», и в последней сцене на мне был костюм космонавта. Собственно, там было несколько актеров в костюмах космонавтов. А сейчас я буду играть «Эффект Сержа». Это спектакль о жизни Сержа. Действие происходит у него дома». Таким образом, мы оказываемся в гостях у художника и создателя проектов по имени Серж.

Как живет и работает художник, специализирующийся на низкобюджетных домашних мини-спектаклях для друзей? Кен с интересом разбирает доминирующий в профессиональной среде дискурс, заключающийся в воспевании низкобюджетности и, тем не менее, уживающийся с тем фактом, что на отдельных площадках как тратились, так и тратятся гигантские средства. К сожалению, этот призыв к экономии не имеет ничего общего с эстетикой бедного пост-театра, бедность которого заключается в отказе от искусственной театральности в пользу поэтики, зиждущейся на актерской игре: в данном случае речь идет всего лишь об экономической составляющей культурной политики. Сам Серж не стремится к эффектности, однако спектакль Кена производит определенный эффект. Его театр, как всегда, критичен и жизнерадостен. И, как всегда, он играет одновременно с эстетическими нормами театра и с проблематикой современного общества. Выход Гаэтана-Сержа в костюме космонавта крайне символичен. В наше время художник, не заботящийся о материальном преуспевании, кажется окружающим до того странным существом, что невольно возникает вопрос: а уж не инопланетянин ли он на самом деле?

Паскаль Гато